ЖИЗНЬ в ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ
ШЕЯ НЕФЕРТИТИ
При всем нашем интересе к скрытым сторонам древнеегипетской жизни нам придется бегло ознакомиться с тогдашней повседневностью, сделать попытку сжиться с атмосферой трехтысячелетней давности.
Так же, как и бесчисленные золотые статуи, когда-то украшавшие священный храм в Карнаке, близ нынешнего Луксора, исчезли знания о высших достижениях египтян в области искусства и науки. Как нищие скитаемся мы с протянутой рукой по колоннадам, удивляемся протяженности сооружений, высоте каменных монументов, колонн и обелисков. И вряд ли кому-нибудь приходит в голову мысль, что когда-то этот центр был тесно связан с повседневной жизнью египтян и выполнял самые различные функции.
Карнак — место, где находятся высочайшие обелиски, мощнейшие пилоны, где у большинства экскурсантов заболевают шеи из-за того, что надо все время задирать голову. Наблюдая этих страдальцев, еще труднее становится вообразить, что в окрестностях проживало когда-то около миллиона человек. Известно, что в древних Фивах жили представители знати, ремесленники, торговцы, художники, жрецы и администраторы. Если согласиться с выводами египтологов, придется признать, что эти люди, не располагая никакими вспомогательными средствами, заслуживающими упоминания, достигли невероятных высот, пользуясь лишь пилами, сверлами, дышлами и наждаком. При помощи каменных молотов и клиньев приходилось им откалывать каменные глыбы и без всяких блоков и колес тащить их к месту, где строилась пирамида. Может, и так…
Но почему не известно об изобретениях египтян, об их выдающихся технических достижениях? А вдруг причина этого та же, что и в случае с тысячелетним пробелом в источниках по медицине? Если из-за отсутствия болезней в период расцвета культуры не появлялось сообщений о них, поскольку существовала система всесторонней профилактики, не могло ли случиться и так, что отсутствуют и упоминания о блоках и колесах, раз к услугам египтян были такие физические и духовные силы, о которых мы сегодня не имеем представления? Даже если археологи не находят признаков «прогрессивных» технических достижений, невозможно обойти вопрос: какими же духовными, физическими и психическими силами пользовались тогда египтяне вместо известных нам, чтобы успешно заниматься титанической деятельностью, следы которой мы находим сегодня по берегам Нила? У посвященных бытует поговорка: Египет — не подарок Нила, он подарок египтян.
Если взглянуть шире, то можно обнаружить, что духовный заряд совершенствования культуры сообщался ей всего трижды: от начала Среднего царства до Нового, выводя страну «из тьмы предыстории». Другими словами, на заре этой ци-вилизации произошло нечто, вызывающее ныне всеобщую растерянность.
Не совсем научно, но в соответствии с рассказами о предыстории Древнего Египта я изложу вам кое-какие сведения об этом неведомом. Многие из этих рассказов находят математическое обоснование, поэтому для европейцев открывается возможность проверить их и поставить опыт, воспроизведя в малом объеме мир Древнего Египта. Иначе и невозможно использовать математику в познавательных целях, хотя в данном случае задействованы фундаментальные закономерности Вселенной, для операций с которыми человеческий мозг не выработал соответствующих мыслительных образцов. Поэтому, проводя эксперименты, описанные в седьмой части этой книги, нам придется положиться на свои чувства. Лучше учесть неверное ощущение, чем не получить никакого.
В Древнем Египте уделялось очень много внимания культивированию чувств, их колебаний, изучению мыслительной и жизненной сил и овладению ими. Представляется, что к первым «хранителям большого дома» (титул фараонов) относились так же, как пчелы в улье к своей матке. Фараон был обязан при помощи духовных сил, находящихся в его распоряжении, передать нечто своему окружению и своим подданным. В меньших измерениях и «хранители малых домов» — семьи и домашнего хозяйства — также выполняли эту функцию передачи энергии.
Поначалу задача освоения плодородной долины, по которой нес на север свои воды Нил, казалась несложной. Приятный влажный климат дополнял подходящий ландшафт. Это был, можно сказать, райский уголок — во что трудно пове-рить, глядя на нынешнюю безводную Ливийскую пустыню. Наш взгляд скользит по окрестностям строений, по высохшей земле и автоматически возникает образ бесконечного кладбища. Но в свое время, десять тысяч лет назад и позднее, все было по-другому. Лишь в правление Рамсеса II пришла великая засуха и за несколько столетий разрушила то, что создавалось тысячелетиями.
Пока на этих неисчерпаемо плодородных обширных землях обитала лишь небольшая группа людей, распределение охотничьих угодий и пахотной земли не имело значения. Каждый мог взять столько, сколько требовалось. Но примерно после 5000 г. до н. э. в долине Нила произошел демографический взрыв, повлекший за собой необходимость урегулировать повседневную жизнь. Тогда же в древнеегипетском раю возникли первые трения, произошли столкновения, известные нам из европейской истории средних веков. Силы первых фараонов были преданы забвению, а их регалии стали бутафорией, прикрываясь которой отдельные египтяне хитростью, силой и жестокостью стремились поддержать свое благополучие.
Реформации и инквизиции на египетский манер вели к непрерывному искажению и разрушению исконных традиций и вдобавок ослабляли власть светских и духовных правителей.
Вспоминается культ Атона, о котором у нас еще будет возможность поговорить. Это была попытка обратить историю вспять и вернуться к временам но меньшей мере двухтысячелетней давности. По против воли консервативного жречества невозможно было провести никакой идеи, грозящей привилегиям и доходам установившейся властной элиты. И после смерти реформатора — на этот раз